November 22nd, 2017

Илларион Толконюк о Коневе

совершенно убойные факты приводит Толконюк в своих воспоминаниях "Записки штабного офицера" о первых днях войны 19А под Витебском:
Поступил приказ отвести нашу армию за Смоленск. К этому времени как раз прибыла одна из наших дивизий под командованием генерал-майора Горячева. Она благополучно выгрузилась из эшелонов в районе Рудня и восточнее и походным порядком двигалась в направлении Витебска. Штаб армии в то время переместился к юго-востоку и размещался в лесу между Рудней и Лиозно. Командарм решил выдвинуть прибывшую дивизию вперед с задачей прикрыть отход войск, не допустив преследования их противником. Но вот среди ночи появляется заместитель командующего фронтом генерал А.И. Еременко. Он, горячась и матерно ругаясь, отменил решение командарма, приказал остановить дивизию и отправить ее за Смоленск. Конев настойчиво просил генерала Еременко не отменять решение на прикрытие отвода армии, ибо немцы в этом случае настигнут отходящие войска и врежутся в их колонны – тогда отход превратится в бегство.
– Ну и пусть бегут! Скорее отойдут, – подтвердил приказание Еременко..


Тот же эпизод, но в исполнении Конева:
Я доложил С. К. Тимошенко об обстановке в районе Витебска и возвратился в штаб 19-й армии, в район Рудни. Прибыв на место, установил, что распоряжением штаба фронта штабу 19-й армии приказано перебазироваться. Штаб был отведен в район станции Кардымово восточнее Смоленска. Начальник штаба Рубцов уже снялся с места и уехал с оперативным отделом, разведотделом и связью на новый командный пункт, а в Рудне остались лишь тыловой пункт управления и отдельные офицеры.
Я решил поехать в 34-й корпус и по пути туда в лесу встретил Еременко, заместителя командующего Западным фронтом. В резкой форме Еременко совершенно необоснованно обвинил меня в том, что я лично не сумел остановить противника, который прорывается к Смоленску, обходя Витебск северо-западнее и одновременно обходя Оршу. Разговор был неприятный. Я дал Еременко отпор, заявив, что, если он считает необходимым, чтобы я лично пошел в атаку, в этом отношении затруднений не будет, но для меня сейчас важно взять в руки управление прибывшими частями. Вмешательство штаба фронта в данном случае было совершенно неуместным, нельзя было перемещать командный пункт без моего ведома..


ПОнятно, что над этим эпизодом поработала не только цензура, но и сам Конев, чтобы выглядеть геройски в глазах читателя! Дело то было 13 июля, в момент подхода 7 PD к шоссе у Ярцево, а Конев все еще хотел взять Витебск. Вообще вранье в мемуарах Конева зашкаливает: к прим. он обвинил Масленникова в невыполении приказа по действиям на калининском шоссе в октябре-41. Есть небольшая коневская главка в книге на "правом фланге московской битвы", где он открыто обвинил своего бывшего подчиненного. Но никаких оснований этому нет: небольшая армия Масленникова действительно пыталась атаковать линию снабжения 41 AK, переправившись ч/з Волгу. Более того, был даже выпуск немецкой мурзилки "Der Landser", посвященный этим боям с советской кавдивизией.
Ну a вяземский котел--это уже классика коневского вранья.